Как доказать незаконное осуждение

Образец искового заявления о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование

Как доказать незаконное осуждение

В _____ городской суд _____ области

Истец: _________________________,
проживающий: г. …, ул. …, д. …, кв. ….

Ответчик: Министерство Финансов РФв лице Управления Федерального казначействапо _______ области

Адрес:______________

Исковое заявление о взыскании компенсации морального вреда
за незаконное уголовное преследование

«___» _________ 20 ___ г. в период нахождения под стражей по подозрению в совершении кражи имущества А. сотрудники правоохранительных органов вынудили меня написать явку с повинной по данному преступлению, которое я не совершал. В отношении меня было возбуждено уголовное дело по п. «а» ч. 3 ст.

158 УК РФ, которое впоследствии следователь прекратил по п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ в связи с моей непричастностью к совершению преступления и признал за мной право на реабилитацию.

Полагаю, что я был незаконно подвергнут уголовному преследованию, и прошу взыскать с ответчика компенсацию морального вреда.

Сам факт незаконного уголовного преследования в отношении меня является основанием для возмещения морального вреда.

В силу п. 1 ст.

1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Статьей 1071 ГК РФ установлено, что в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Согласно статье 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Поскольку моральный вред был причинен мне в результате уголовного преследования, осуществлявшегося органами, финансируемыми из федерального бюджета, обязанность по возмещению причиненного истцу морального вреда должна быть возложена на Министерство финансов РФ за счет казны РФ.

Исходя из фактических обстоятельств дела, приняв во внимание продолжительность уголовного преследования (чуть больше трех месяцев), а также отсутствие доказательств причинения мне вреда здоровью незаконным уголовным преследованием, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, прошу взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме ____.

Несмотря на то, что с моей стороны имел место самооговор, это не является основанием для отказа мне в возмещении вреда со ссылкой на Указ Президиума Верховного Совета СССР от 18.05.1981.

В настоящее время данный Указ, хотя и сохраняет юридическую силу, может применяться лишь во взаимосвязи с положениями гл. 18 УПК РФ, регламентирующей основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения различных видов вреда, а также с положениями ст. 1070 и §4 гл.

59 ГК РФ, устанавливающими как общие правила возмещения вреда, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, так и правила компенсации морального вреда (определение Конституционного Суда РФ от 21.04.2005 № 242-О).

Действующее законодательство, регулирующее данные правоотношения, не предусматривает самооговор в качестве непосредственного основания для отказа в возмещении вреда, причиненного реабилитированному лицу, незаконным привлечением его к уголовной ответственности.

В силу п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4–6 ч. 1 ст. 27 данного Кодекса.

На основании изложенного

ПРОШУ:

взыскать с Министерства Финансов РФ за счет Казны РФ в мою пользу, в счет компенсации морального вреда сумму в размере _______ руб.

Приложения:

  1. копии искового заявления по числу сторон (2);
  2. копия постановления следователя «___» _________ 20 ___ г. о прекращении уголовного дела;
  3. копия постановления о возбуждении уголовного дела;
  4. копия постановления об избрании меры пресечения.

_____________ (подпись истца)

Источник: https://pravo163.ru/obrazec-iskovogo-zayavleniya-o-vzyskanii-kompensacii-moralnogo-vreda-za-nezakonnoe-ugolovnoe-presledovanie/

Как получить компенсацию за незаконное преследование

Как доказать незаконное осуждение

При этом, довольно часто основания для возбуждения уголовных производств и проведения следственных действий довольно формальны.

Хотя это не мешает на некоторое время остановить работу компании, забрать у нее технику и документы, что может привести к невыполнению обязательств перед партнерами и т.д. А дальше дело может совсем не дойти до суда или уже в процессе судебного рассмотрения просто развалиться. В таких ситуациях, может ли бизнес получить компенсацию за незаконное уголовное преследование?

Международный опыт

В апреле этого года European Criminal Bar Association, общественная организация, объединяющая адвокатов по уголовным делам из разных стран, провела в г. Осло (Норвегия) масштабную весеннюю конференцию. Один из вопросов был посвящен разнице в подходах национальных правовых систем касательно компенсации за незаконное уголовное преследование.

Во многих европейских конституциях, например, Италии и Португалии, содержатся нормы, которые прямо закрепляют ответственность государства за неправомерные действия их представителей. Как и в Конституции Украины.

В некоторых специальных законах, например, в законе об уголовном правосудии Великобритании, предусмотрена возможность обратиться в специально созданные комитеты, рассматривающие жалобы тех, кто подвергся незаконному осуждению. Они дают оценку ущербу и определяют размер компенсации за счет государственного бюджета. Кстати, в Украине также есть такая возможность, но … обращаться об оценке ущерба нужно в тот же орган, который нарушил права лица.

Также в Европе развита практика страхования ответственности служащих в специализированных страховых фондах. Они фактически выступают гарантами возмещения вреда, причиненного органами расследования и судом. Такой способ наиболее популярен в Германии, где сформирован целый пул страховых организаций, действующих на основе системы солидарной ответственности.

Еще один действенный метод предусмотрен в законодательстве Израиля.

Если во время судебного заседания установлено, что не было основания для обвинения, суд вправе издать приказ о том, что государственная казна возместит обвиняемому расходы на его защиту и выплатит компенсацию за его арест и тюремное заключение в размере установленной судом суммы. Фактически, государство берет на себя обязательства по защите нарушенного права лица, а не принуждает своего гражданина дополнительно обращаться за правовой помощью для процедуры возмещения ущерба.

Возмещение ущерба по-украински

При анализе национальной законодательной базы по этому вопросу можно сказать, что Украина переняла лучший международный опыт.

“Каждый имеет право на возмещение за счет государства или органов местного самоуправления материального и морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями или бездействием органов государственной власти, местного самоуправления, их должностными и служебными лицами при осуществлении своих полномочий”.

Это право предусмотрено Конституцией Украины, Гражданским и Уголовным процессуальным кодексами, а также Законом Украины “О порядке возмещения вреда, причиненного гражданину незаконными действиями органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, органов досудебного расследования, прокуратуры и суда”.

Претендовать на возмещение вреда могут лица, которые являются стороной уголовного производства – подозреваемым, обвиняемым, подсудимым, осужденным, оправданным т.д.

Вред, причиненный лицу в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения меры пресечения, незаконного задержания, незаконного проведения оперативно-розыскных мероприятий, обыска возмещается государством в полном объеме независимо от вины должностных и служебных лиц органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, досудебное расследование, прокуратуры или суда.

А вот тем, кто не является участником уголовного производства, но стали, например, жертвой незаконного обыска, необходимо в судебном порядке доказывать неправомерность обыска. В таких случаях, как вариант, необходимо инициировать уголовное производство против тех, кто нарушил права, и добиваться в нем статуса потерпевшего для дальнейшего упрощения процедуры возмещения ущерба.

Кстати, согласно статистическим данным Генеральной прокуратуры Украины, в течение 2017 года по причине отсутствия события/состава преступления или достаточных доказательств было закрыто 8107 уголовных производств еще до стадии судебного рассмотрения. А по судебным решениям, вступившим в законную силу в 2017 году, оправданы 311 человек. Это то количество лиц в Украине, которые потенциально имеют право на компенсацию в 2017 году.

Национальный алгоритм возмещения ущерба за незаконное уголовное преследование далеко не идеален, в первую очередь, по причине отсутствия информирования общества и, порой, самих правоохранителей относительно существования указанных процедур.

Существует немало позитивных иностранных примеров регулирования этого вопроса, которые возможно внедрить в украинское законодательство.

При этом, активная позиция бизнеса по возмещению ущерба будет содействовать уменьшению попыток давления со стороны правоохранителей, которые уже не будут чувствовать полную безнаказанность за свои действия.

Текст написан в соавторстве с Игорем Федоренко, адвокатом, партнером АО AVER LEX.

Источник: https://nv.ua/biz/experts/kak-poluchit-kompensaciyu-za-nezakonnoe-presledovanie-2489885.html

Моральный ущерб по-украински: как доказать и рассчитать сумму

Как доказать незаконное осуждение

Возмещение морального вреда является одним из способов защиты права в случае его нарушения, непризнания или оспаривания, гарантированным Конституцией Украины, гражданским, хозяйственным и уголовным законодательством.

Согласно Гражданскому кодексу, моральный ущерб физического лица состоит в его боли и страданиях, полученных в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а также в связи с противоправным поведением относительно него, членов его семьи, близких родственников, повреждением или уничтожением имущества, унижением чести, достоинства, деловой репутации.

Хозяйственное законодательство со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда Украины признает моральным ущербом потери неимущественного характера в результате нравственных или физических страданий или других негативных явлений, причиненных физическому или юридическому лицу незаконными действиями или бездействием других лиц.

Согласно положениям УПК, право на возмещение морального вреда, причиненного в результате уголовного преступления, имеют потерпевший и гражданский истец.

Судейская практика

При рассмотрении требований о компенсации морального вреда суду необходимо установить, какое право было нарушено, было ли нарушение значительным, а также определить наличие и вид вины ответчика (умысел или неосторожность), иные существенные обстоятельства в зависимости от характера правонарушения.

Теоретическая база института взыскания морального ущерба заложена в постановлениях Пленума ВСУ «О судебной практике в делах о возмещении морального (неимущественного) вреда» 1995 г. и «О судебной практике в делах о защите чести и достоинства физического лица, а также деловой репутации физического и юридического лица» 2009 г.

В частности, ВСУ разъясняет, что подобные споры рассматриваются в случае прямого предписания Конституции, а также при нарушении законов, предусматривающих возмещение морального ущерба.

Рассматривая дела о защите чести, достоинства и деловой репутации, суды должны обеспечивать баланс между конституционным правом на свободу мысли и слова, свободное выражение своих взглядов и убеждений с одной стороны, и правом на уважение к человеческому достоинству с другой.

При этом судьи должны точно и неуклонно применять положения Конституции, ГК, законов о печатных средствах массовой информации, об информации, о телевидении и радиовещании, о государственной поддержке средств массовой информации и других нормативно-правовых актов, регулирующих указанные общественные отношения.

Аналізуйте рішення суду: Моральна шкода відшкодовується особою, яка на правовій підставі володіє джерелом підвищеної небезпеки незалежно від її вини (Постанова ВСУ від 5 березня 2012р.)

Рекомендации Минюста

В методических рекомендациях о возмещении морального ущерба, предоставленных Минюстом в 2004 г., отмечена актуальность проблемы прав и свобод человека.

Ссылаясь на положения Всеобщей декларации прав и свобод человека, а также Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, Минюст определяет подведомственность и подсудность, исковую давность и даже размер госпошлины, которую полагается взимать с заявителя о нарушении неимущественных прав.

Основаниями для возмещения морального ущерба служат неправомерные решения, действия или бездействия лица, которое его нанесло, при наличии его вины.

Независимо от наличия вины, моральный ущерб возмещается при причинении увечья, иного повреждения здоровья или смерти физического лица в результате действия источника повышенной опасности, а также в случае причинения вреда физическому лицу путем его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного задержания или наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Размер морального ущерба должен определяться судом в зависимости от характера правонарушения, глубины физических и душевных страданий, ухудшения способностей потерпевшего или лишения его возможности их реализации, степени вины причинителя вреда, если таковая является основанием для возмещения, а также с учетом других обстоятельств, которые имеют существенное значение. Например, особое внимание Минюст рекомендует обращать на состояние здоровья пострадавшего, тяжесть вынужденных изменений в его жизненных и производственных отношениях, степень снижения престижа, деловой репутации, время и усилия, необходимые для восстановления предыдущего состояния.

Методичні рекомедації Мінюсту: Відшкодування моральної шкоди.

Размер имеет значение

Принимая во внимание тонкости судебного производства и индивидуально-психологические особенности потерпевшего, следует отметить, что для определения размера возмещения необходимо прояснить ряд вопросов, наиболее полный перечень которых представлен в инструкции о назначении и проведении судебных экспертиз и научно-методических рекомендаций по вопросам подготовки и назначения судебных экспертиз и экспертных исследований, утвержденной приказом Министерства юстиции Украины №53/5 от 08.10.1998. Так, составители инструкции считают необходимым определить, является ли исследуемое дело психотравмирующим для потерпевшего, чем причинены страдания и каков возможный размер денежной компенсации за причиненные страдания.

Практикующие юристы предлагают также задать заявителю вопросы о сути моральных страданий, их подтверждении и об обосновании истребуемой суммы.

Очевидно, что это мнение продиктовано предписаниями законодателя относительно необходимости указания в исковом заявлении о возмещении морального (неимущественного) вреда того, в чем заключается этот вред, какими неправомерными действиями или бездействием он причинен истцу, из каких соображений исходил истец, определяя размер вреда, и какими доказательствами это подтверждается.

Кстати, вопрос о доказательствах является не менее насущным, поскольку как доказать ту или иную степень тяжести моральных страданий, не разъясняет ни один нормативно-правовой акт. Отдельные юристы в шутливой форме предлагают предоставлять фотографии заплаканного заявителя.

Однако если рассматривать эту проблему серьезно, можно прийти к выводу о том, что раз уж моральный ущерб не должен дублировать материальный, то и доказывать его наличие следует исключительно с помощью красноречия как самого заявителя, так и свидетелей, наблюдавших его страдания.

Что касается позиции судей, то, например, ВССУ осуществил допуск к производству Верховного Суда Украины дела о возмещении родителям морального ущерба, причиненного смертью ребенка.

Постановлением ВСУ было установлено, что при определении размера денежного возмещения, причиненного родителям в результате совершения умышленного убийства ребенка, учитывается глубина и продолжительность нравственных страданий, характер действий виновного лица, а также то, что родители испытали нравственные страдания, связанные с необходимостью прилагать усилия для выявления и законного наказания лица, виновного в смерти их ребенка. При таких обстоятельствах размер возмещения морального ущерба каждому из родителей отвечает требованиям разумности и справедливости и не может считаться явно завышенным или чрезмерным.

В заключение

По мнению ведущих юристов, украинские суды не имеют практики по взысканию значительных сумм возмещения морального вреда. Такие случаи единичны и часто связаны с резонансными делами.

Следует отметить, что Законом №1105-XIV (“Про загальнообов'язкове державне соціальне страхування”) не установлены критерии, определяющие максимальный и минимальный размер морального вреда в денежном эквиваленте.

По результатам анализа материалов, присланных из апелляционных судов, писем Фонда соцстраха и судебной практики Высшего специализированного суда Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел были выявлены случаи, когда суды при одинаковой потере профессиональной трудоспособности и установлении одинаковой группы инвалидности определяли различные размеры морального возмещения потерпевшим. Так, при 15%-ной потере трудоспособности минимальный размер морального возмещения составил 1,5 тыс. грн, а максимальный – 50 тыс. грн.; при 50%-ной потере трудоспособности минимальный размер возмещения составил 2 тыс. грн, максимальный – 150 тыс. грн. При этом максимальный размер морального возмещения при 100% потере трудоспособности составлял 60 тыс. грн.

Согласно информации, полученной от судов Донецкой области, которыми учтена правовая позиция Верховного Суда Украины, размер морального вреда, определяемый в соответствии с процентом утраты трудоспособности, при 10% равняется 3 тыс. грн, при 30% – 9 тыс. грн, при 80% – 24 тыс. грн.

По информации судов Сумской области, в случае потери 10% работоспособности возмещение морального вреда определяется в размере 1 тыс. грн, при 30% – 3 тыс. грн, при 90% – 9 тыс. грн. Апелляционный суд Сумской области предлагает закрепить эти размеры возмещения на законодательном уровне.

Наталья Антонова, судья Голосеевского районного суда Киева:

– Доказательства причинения морального вреда зависят от категории правоотношений, рассматриваемых в этом аспекте. Например, в делах о причинении морального вреда вследствие обнародования нежелательной информации доказательствами служат публикации, показания свидетелей, документы, содержащие данную информацию.

В случае причинения морального вреда, обусловленного причинением вреда здоровью либо вреда материального в качестве доказательств суд рассматривает товарные чеки, заключения экспертиз, материальные объекты, процессуальные документы, служебные характеристики, справки, договоры.

Таким образом, мы приходим к выводу о том, что при обосновании морального вреда доказательственная база мало отличается от той, которая должна быть в наличии при доказывании вреда иного характера.

В то же время, учитывая специфику морального вреда и возмещения морального ущерба, следует принять во внимание субъективную сторону вопроса.

Заявителю необходимо подтвердить характер и объем моральных, физических и душевных страданий.

При определении размера морального вреда суды имеют право принимать решения относительно соразмерности заявленных требований, исходя из продолжительности страданий и других характеристик.

Ольга Демина, секретарь судебной палаты Высшего специализированного суда Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел:

– Возмещение морального ущерба является одним из способов защиты прав, гарантированных ГК, КЗоТ, Законом Украины «О защите прав потребителей» и другими нормативно-правовыми актами.

Несмотря на разъяснения, предоставленные постановлением Пленума Верховного Суда Украины «О судебной практике в делах о возмещении морального (неимущественного) ущерба», которыми руководствуются суды, судебная практика по рассмотрению указанной категории дел сложилась неодинаково.

Это объясняется отсутствием четких критериев установления размера возмещения морального ущерба, дискуссионностью проблемы основания возмещения, необходимостью применения судом большого количества исключительно оценочных понятий в процессе оценки доказательств.

Даже если факт причинения морального вреда является несомненным, его последствия в виде физической боли и душевных страданий зависят от особенностей эмоционально-умственного восприятия конкретного лица.

Практика деятельности ВССУ как суда кассационной инстанции по гражданским делам свидетельствует, что одним из наиболее распространенных оснований для отмены в кассационном порядке судебных решений судов первой и апелляционной инстанций и направления дела на новое рассмотрение является нарушение норм процессуального права, что делает невозможным установление фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Такое нарушение норм процессуального права в значительном количестве случаев связывается с несоблюдением судами норм гл. 5 «Доказательства» ГПК.

В качестве соображений общего характера можно отметить, что одним из сложных вопросов правового регулирования остается регламентация деятельности суда в процессе доказывания.

Ведь сегодня он не обладает полномочиями по истребованию доказательств, необходимых по делу, что может привести к необоснованному затягиванию рассмотрения дела и неэффективной защите нарушенных прав и интересов лиц.

Суть соревновательной формы гражданского процесса заключается в том, что исключительно стороны и лица, участвующие в деле, подают доказательства по делу. Суд лишь оценивает эти доказательства, причем, согласно ч. 4 ст. 60 ГПК, доказывание не может основываться на предположениях.

Возьмем, к примеру, простое по своей сути дело о возмещении морального ущерба, причиненного смертью близкого человека. Суд, судья может видеть наличие моральных страданий человека, но оценивать их должен на основании надлежащих и допустимых доказательств согласно нормам ГПК.

Важное значение в делах этой категории имеют заключения экспертов, в частности, судебно-психологической экспертизы, как средство доказывания причиненного морального вреда. Высказываются даже мнения ученых относительно предоставления заключению судебно-психологической экспертизы преимущественного значения перед другими видами доказательств.

Однако следует отметить, что это не соответствует принципам оценки доказательств, определенным ГПК. Согласно его ст. 212, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся доказательств. Ни одно доказательство для суда не имеет заранее установленного значения.

Именно к полномочиям суда относится определение размера денежного возмещения за причиненный моральный ущерб, который может основываться на выводах эксперта, однако не устанавливается таким выводом.

Катерина Беляева

Источник: Судебно-юридическая газета

Аналізуйте судовий акт: Встановивши розповсюдження недостовірної негативної інформації суд зобов‘язав відповідача цю інформацію спростувати та відшкодувати моральну шкоду

Источник материала, интернет ресурс “Протокол”:http://protokol.com.ua/ua/vstanovivshi_rozpovsyudgennya_nedostovirnoi_negativnoi_informatsii_sud_zobov_yazav_vidpovidacha_tsyu_informatsiyu_sprostuvati_ta_vidshkoduvati_moralnu_shkodu/

Источник: https://protocol.ua/ru/moralniy_ushcherb_po_ukrainski_kak_dokazat_i_rasschitat_summu/

Вс запретит осуждать людей на основе только признательных показаний

Как доказать незаконное осуждение

Верховный суд России намерен напомнить всем судьям страны прописную истину: признание вовсе не “царица доказательств”. Даже если человек слезно клянется, что виноват, этого мало – надо во всем разобраться, взвесить остальные доказательства.

Вчера пленум Верховного суда России обсудил проект постановления “О судебном приговоре”. Одна из важных новаций: судьям по сути запретят переписывать обвинительное заключение. Приговор должен писаться с чистого листа. Так что если кто из судей и грешил копированием текста из одного документа в другой, от привычек придется отказаться.

РГ + Россия 24: ВС запретил аресты бизнесменов по экономическим делам

Как отметил советник Федеральной палаты адвокатов Сергей Насонов, в проекте постановления пленума Верховный суд России указывает на недопустимость изложения в приговоре показаний допрошенных по уголовному делу лиц, выводов экспертов и других сведений в точности так, как они отражены в обвинительном заключении или ранее вынесенном судебном решении.

Из приговора должно быть видно, что все это внимательно заслушивалось и изучалось судом, а не слепо копировалось из одного документа в другой.

– Такое переписывание обессмысливает все судебное разбирательство, свидетельствует об отказе суда от оценки исследованных доказательств, – говорит Сергей Насонов. – Очевидно, что в результате такого переписывания может появиться лишь обвинительный приговор.

В напоминании, что нельзя верить одним только признаниям обвиняемого, теоретически нет особой новизны. Но крайне важно, что Верховный суд России в официальных разъяснениях донесет эту мысль до каждого судьи.

Верховный суд России напомнит всем судьям прописную истину: признание вовсе не “царица доказательств”

“Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора”, – говорится в проекте.

Когда человек берет вину на себя, это не всегда правда и раскаяние. Возможно, его вынудили признаться. Или он хочет кого-то выгородить. Но суду нужна истина. Поэтому нельзя верить на слово даже явке с повинной. Следствие должно собрать железные доказательства вины. Иногда это бывает сложно, но такова работа следствия.

А суды должны выносить мотивированные решения, то есть объяснять, почему верят тому и не верят другому.

“В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств), толкуются в пользу подсудимого”, говорится в проекте постановления.

– Нередко мотивировка заменяется приведением в приговоре длинного списка названий документов, содержащихся в уголовном деле, в т.ч. вообще не имеющих никакого доказательственного значения, – говорит Сергей Насонов.

– Поэтому проект постановления указывает, что “суд в описательно-мотивировочной части приговора не вправе ограничиться перечислением доказательств или указанием на протоколы процессуальных действий и иные документы, в которых они отражены, а должен раскрыть их основное содержание”.

Верховный суд запретил лишать прав водителей, не заметивших аварию

Проще говоря: нужны подробности. Если в приговоре будет только список экспертиз, а также фамилий опрошенных свидетелей, это еще ни о чем не говорит. Что это за экспертиза? Кем она проведена? На какие вопросы ответила? Что она доказывает? Почему ей нужно верить? Все это надо подробно прописать в приговоре.

Так же и со свидетелями. Нередко в приговорах можно прочитать нечто вроде: “вина обвиняемого доказана показаниями Иванова, Петрова, Сидорова”. Здесь любая вышестоящая инстанция должна воскликнуть: “стоп! с этого места поподробней…” Что рассказали свидетели? Кто они такие? И опять же – что доказывают их слова, почему им можно верить?

Но это далеко не все новости. Постановление подробно останавливается на ситуации, когда человек на следствии говорил одно, а на суде – другое. Такое часто бывает, когда обвиняемый встает и отказывается от показаний, объясняя, мол, били, вот и признался. Кому и чему в такой ситуации верить?

Нет сомнений, что нередко разговоры про “били, заставили, надавили” только уловка. Однако бывает и так, что человек действительно оговорил себя под давлением оперативников.

Он надеялся, что в суде липовые показания не пройдут. Мол, стоит человеку встать и сообщить о том, что с ним обошлись нехорошо, и дело примет совсем другой оборот.

Но на деле суды часто не верят таким рассказам и “в зачет” берут только показания, данные следователю.

Проект разъясняет, что если человек на следствии дал показания без участия адвоката, а потом отказался от признаний, – старые слова недействительны. Протоколы, образно говоря, можно выбросить в корзину.

Если следствие все оформило правильно и адвокат был, то все равно надо разбираться, почему человек тогда говорил одно, а сейчас другое.

“В случае изменения подсудимым показаний суд обязан выяснить причины, по которым он отказался от ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства показаний, тщательно проверить все показания подсудимого и оценить их достоверность, сопоставив с иными исследованными в судебном разбирательстве доказательствами”, говорится в проекте.

Принципиальный момент: обвиняемый не должен доказывать, что его били. Если такой вопрос возник, то именно правоохранители должны доказать, что пальцем не тронули человека.

Верховный суд рекомендовал не наказывать за репосты в социальных сетях

Вот дословная цитата из проекта. “Если подсудимый объясняет изменение показаний, данных им в присутствии защитника, тем, что они были получены под воздействием примененных к нему незаконных методов ведения расследования, то судом должны быть приняты достаточные и эффективные меры по проверке такого заявления подсудимого.

При этом суду следует иметь в виду, что с учетом положений части 4 статьи 235 УПК РФ бремя опровержения доводов стороны защиты о том, что показания подсудимого были получены с нарушением требований закона, лежит на прокуроре (государственном обвинителе), по ходатайству которого судом могут быть проведены необходимые судебные действия”.

По словам Сергея Насонова, правило, что лицо, заявляющее о применении незаконных методов воздействия (угрозы, пытки, жестокое обращение и т.п.) не обязано доказывать эти факты, давно закреплено в УПК.

– Однако в судебной практике данная норма закона часто применяется формально, эффективной и полной проверки заявления подсудимого не проводится, – говорит Сергей Насонов. – В лучшем случае, в судебном заседании допрашивается следователь, который, естественно, отрицает такие факты.

Именно поэтому разъяснение Верховного суда РФ о том, что эта проверка должна быть полноценной, т.е.

должна проводиться в порядке, предусмотренном статьей 144 УПК РФ, с отложением на это время судебного разбирательства, на мой взгляд, является шагом, направленным на усиление гарантий от применения пыток и жестокого обращения.

Если следователь допросил обвиняемого без адвоката, то показания суд может не принять

В проекте постановления пленум разъяснил и нюансы, которые должны включать оправдательные и обвинительные приговоры в мотивировочных и резолютивных частях. Пленум особо обращает внимание, что приговор должен излагаться в ясных и понятных выражениях.

РГ + Россия 24: ВС РФ разъяснил, как принять наследство без нотариуса

“Недопустимо использование в приговоре непринятых сокращений и слов, неприемлемых в официальных документах, а также нагромождение приговора описанием обстоятельств, не имеющих отношения к существу рассматриваемого дела”, – поясняет проект.

Также рекомендуется избегать ненужных подробных описаний способов совершения преступлений, связанных с изготовлением наркотических средств, взрывных устройств и взрывчатых веществ и т. п.

Не стоит вдаваться в излишнее описание преступлений, посягающих на половую неприкосновенность и половую свободу личности или нравственность несовершеннолетних.

Еще одно актуальное разъяснение Верховного суда говорит о том, что в случае признания полученных на основе результатов оперативно-розыскной деятельности доказательств недопустимыми содержащиеся в них данные не могут быть восполнены путем допроса сотрудников спецслужб.

– Это разъяснение создает серьезный барьер, препятствующий незаконному проведению оперативно-розыскных мероприятий, – говорит Сергей Насонов. – В противном случае, возникала возможность нейтрализации любого, даже самого грубого нарушения закона при производстве таких мероприятий.

Например, телефонные переговоры были прослушаны незаконно, но результат этого разговора можно было бы установить, допросив сотрудника, который прослушал данную аудиозапись.

При таком разъяснении Верховного суда подобные действия невозможны, судам запрещено ссылаться на такие доказательства.

Постановление будет принято в ближайшее время после доработки.

Источник: https://rg.ru/2016/11/17/vs-zapretit-osuzhdat-liudej-na-osnove-tolko-priznatelnyh-pokazanij.html

Верховный суд разъяснил правила компенсации за незаконное уголовное дело

Как доказать незаконное осуждение

Важные подсчеты сделала Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ, когда изучала требования гражданина о компенсации его моральных страданий за незаконное уголовное преследование.

Житель Санкт-Петербурга был арестован, его обвинили в тяжком уголовном преступлении и поместили в камеру следственного изолятора.

Спустя три года и два месяца двери камеры открыли и гражданина отпустили на волю со словами: извини, мужик, ошибочка вышла.

Верховный суд разъяснил, кто обязан отвечать за скользкий тротуар

Суд признал за человеком право на реабилитацию. И вчерашний подозреваемый пошел в суд с иском о компенсации ему морального вреда. Районный суд согласился, что гражданин незаконно пострадал и право на компенсацию имеет, но запрошенная им сумма в два миллиона триста тысяч рублей судью не устроила, и он очень сильно ее урезал.

Вышестоящая инстанция с таким расчетом коллеги согласилась.

А вот сам истец на меньшее был не согласен.

Он обратился в Верховный суд, который посчитал его аргументы и обоснования запрошенной суммы заслуживающими внимания.

Итог – Верховный суд сам пересчитал деньги за незаконное уголовное преследование и велел их выплатить вчерашнему заключенному столько, сколько он попросил.

Подчеркнем, такие решения Верховного суда РФ – самому выносить вердикт – высокая судебная инстанция принимает крайне редко.

В районном суде вчерашний заключенный, называя сумму компенсации, высчитал ее так – ему должны заплатить по две тысячи рублей за каждый день, проведенный на нарах под стражей.

Но у районного суда был другой расчет – истцу вполне хватит 150 тысяч рублей за весь срок. И ни копейки больше. Апелляция возражать против подсчета своих коллег не стала.

А вот Верховный суд РФ с таким расчетом не согласился.

Моральные страдания, по мнению районного суда, были у человека потому, что он “не мог навещать родных, которые нуждались в уходе”. А вот доводы арестанта, что за годы заключения в камере следственного изолятора он утратил социальные связи, не мог создать семью, так как был в изоляции, суд отмел – по его мнению нет доказательств.

ВС постановил: при рассмотрении дел о репостах нужно доказать злой умысел

Верховный же суд увидел в этом споре следующее – по Конституции (статья 53) каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного действиями или бездействием органов государственной власти или их должностных лиц.

Про компенсацию за незаконное пребывание в камере говорит и статья 1100 Гражданского кодекса.

Плюс к этому о компенсации морального вреда говорит и 151-я статья того же Гражданского кодекса РФ. В этой статье сказано, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень физических и нравственных страданий.

Верховный суд РФ еще напомнил, что по компенсации морального вреда гражданам был специальный пленум Верховного суда РФ (№ 10 от 20 декабря 1994 года). Там было разъяснено, от чего именно зависит размер такой компенсации, а от чего – не зависит.

Высокая судебная инстанция напомнила коллегам о том, что наша страна – участник Конвенции о защите прав человека. Мы ее ратифицировали.

В Конвенции о защите прав человека сказано, что каждый имеет право на уважение к своей личной и семейной жизни, жилища и корреспонденции.

Кстати, в Конвенции четко расписано, что подразумевается под понятием “семейная жизнь” – это не только отношения между супругами, но и отношения гражданина со своими детьми и с родителями.

По мнению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ , местные суды даже не вспомнили про Конвенцию о защите прав человека и не вспомнили про разъяснения пленума Верховного суда.

Верховный суд готовит разъяснение, как оспаривать приказы

Истец, как увидела Судебная коллегия из материалов дела, поддерживал близкие семейные отношения со своими родителями. Он им помогал материально, так как они нетрудоспособные и нуждаются в помощи.

Естественно, из-за незаконного обвинения он надолго был лишен возможности помогать своим старикам. А еще у гражданина на иждивении есть сын-студент. Посаженный в камеру отец, подчеркнул Верховный суд, не мог заботиться о сыне и общаться с ним. Причем, как заявил высокий суд, длительное время.

Эти обстоятельства, по мнению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда, сомнений не вызывают, и их надо было учитывать при решении вопроса о размере компенсации морального вреда. Но местные суды это проигнорировали.

Суды ограничились суждением, что нравственные страдания были у вчерашнего заключенного лишь от невозможности навещать родных, которым нужен был постоянный уход. Все остальные обстоятельства не учитывались.

Хотя пленум Пленум Верховного суда РФ перечислил, в чем заключаются нравственные переживания: это невозможность продолжать активную общественную жизнь, раскрытие семейной и врачебной тайны, страдают от распространения порочащих сведений. Сюда же добавлены ограничение или лишение каких-либо прав.

В общем, список всего того, что точно приносит гражданину нравственные мучения и страдания, довольно большой.

Верховный суд подчеркнул – требования истца были абсолютно четко мотивированны. Но суды их почему-то не учли. Не заметили они и то, что истец никогда до этого не привлекался к ответственности, был добропорядочным членом общества, работал. Для такого человека камера следственного изолятора и серьезные обвинения в преступлении были “существенным психотравмирующим фактором”.

Местные суды, по мнению Верховного суда, даже не вспомнили про Конвенцию о защите прав человека

Истец в своем заявлении в суд как примеры выплат определенных сумм, привел дела россиян, рассмотренные Европейским судом по правам человека. Все дела, которые он перечислил – аналогичные его делу. В них речь шла о компенсациях незаконно обвиненных.

В своем иске наш герой указал, сколько каждому заявителю присудил Европейский суд.

Верховный суд РФ подчеркнул, “именно с учетом сложившейся практики Европейского суда по правам человека истец просил взыскать компенсацию из расчета 2 тысячи рублей за сутки содержания под стражей”.

А вот местные суды посчитали, что вчерашнему заключенному вполне достаточно заплатить по 132 рубля за каждые сутки ареста.

По мнению высокого суда, такая мизерная сумма за 38 месяцев под стражей является “явно несправедливой”. Верховный суд РФ отменил все решения местных судов и велел заплатить истцу именно столько, сколько он попросил.

Источник: https://rg.ru/2018/10/01/verhovnyj-sud-raziasnil-pravila-kompensacii-za-nezakonnoe-ugolovnoe-delo.html

Бастион Права
Добавить комментарий